Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)

Адресована эта улыбка была в основном Дежару, как и последовавший ответ. Гладкие заученные фразы повествовали присутствующим о том, как дуэль была выиграна чисто и честно, свидетелем чему не менее троих известных знатных людей, в том числе присутствующий маркиз Йокам, да и вообще проявленное им великодушие достойно всяческой похвалы: не каждый воздержался бы от убийства противника прямо на месте, так что он, весь такой честный и благородный, что аж зубы сводит…
Что ни говори, но дураков на этом собрании не было – иначе не попали бы в число приглашенных. Почти сразу буквально все догадались, кто прибыл.
Это же он! Тот самый, который с первого удара отрубил Дежару руку! – воскликнул кто-то чуть громче остальных, породив тем самым новую сплетню и устроив гомон на весь зал.
Такой молодой, как такое возможно?!
Марша Всемогущая! А я слышал, что герцогский Орел полностью овладел силой Элемента…. И как же этот юноша мог его одолеть?
А никак, невозможно! Ему же не больше двадцати…
В зале тут же вспыхнули споры и завязались оживленные беседы. Словно брошенный в воду камень, первый выкрик породил даже не рябь, а шторм. Удивленно распахнула глаза даже принцесса Гриффин, поднял бровь даже герцог Аррек – скорее презрительно и ничуть не скрывая своего отношения к Брэнделю – ну а герцог Зайфер по своему обыкновению хитро, даже игриво улыбнулся.
Застыв на месте напряженной статуей из металла, Дежар медлил. Поначалу при виде врага он, как и любой потерпевший позорное поражение, забылся и почти бросился в бой, но все же понял, что только навлечет на себя новые насмешки и опозорит дом Арреков.
Точно, ошибки быть не может! – воскликнул тем временем в толпе кто-то еще, – я слышал, его лично крестил сам архиепископ Вуд!
И снова его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Правда, в отличие от объявления о поражении Дежара, в этот раз толпа замолчала: остался лишь скрежет перчатки последнего на стиснутой рукояти так и не обнаженного меча.
Даже в прошлом архиепископы в Ампер Сеале благословляли лично крайне редко, не говоря уже о крестинах. Большинство могло припомнить лишь одного благословленного предшественником Вуда на Священное рыцарство: отца нынешнего главы рола Монтань Гризе. Тот давно почил, но покрыл себя и род бессмертной славой: его подвиги помнили по сей день.
Ну а не крестивший ни единой души и лишь раз, да и то не в Ампер Сеале, благословивший Вуд отличился даже на этом фоне.
«Почему Вуд выделил именно этого юнца? Он же благословлял один-единственный раз, и то в качестве одолжения самому королю…» – припомнил Зайфер и, не в силах сдержать любопытство, подошел поближе, чтобы приглядеться.
Получается, это – Паладдин, под покровительством самого архиепископа? – неуверенно переспросил кто-то из толпы.
Улыбка Брэнделя подувяла: “паладдинами» здесь называли лишь оказавших серьезную услугу Собору, причем полностью овладевших силой Элемента. Ситуация с каждой секундой выходила из-под контроля: еще чуть-чуть – и припишут что-нибудь уж совсем невероятное!
Точно, вы правы! Будь он простым тамплиером, как бы одолел Дежара?!
И я о чем. Несомненно.
Градус абсурдности слухов рос в геометрической прогрессии.
Дерфаль зажала рукой сам собой открывшийся от удивления рот и недоверчиво округлила глаза.
Т-так в-вы – тот…победивший-Дежара-одним-ударом?
А? – вздрогнул Брэндель, оборачиваясь к ней.
«Да что за хрень, каким одним ударом?! Что происходит?!»
Обострившийся слух доносил все новые перешептывания: оказывается, он пригвоздил Дежара к стене, причем пробив дыру в стене древнего Собора, а все – в знак преданности короне, которая к нему благоволит, ну и по случаю архиепископского благословления…
Выпучив глаза, он поспешно склонил голову перед Дерфаль, напоминая, что они должны вести себя как госпожа и ее рыцарь-телохранитель, и покосился в сторону держащихся особняком служителей Собора. От их пристальных взглядов ничто не скроется: эти мигом распознают любую фальшь.
Чт-…? – зашипела было та, но Брэндель быстро развернулся спиной к толпе, скрывая ее от людских глаз.
 
Думай что говоришь! – беззвучно взмолился он, – просто пошли внутрь, не обращай ни на кого внимания! Вперед, а я – типа твой советник или слуга!
Пффф, да мне не по карману такие слуги! – мило фыркнула Дерфаль.
«Что ж ты марку не держишь! Либо девчачьи повадки, либо мужской прикид!» – мысленно закатил глаза Брэндель, но виду не подал.
Лишь мрачно улыбнулся и отошел в сторону, с поклоном предлагая «господину» пойти вперед. В гробовой тишине они медленно прошли в зал в сопровождении Ниа, Ронана и Сиэля.
Ни сам Брэндель, ни эти трое не сделали ни малейшей попытки спрятать силу: да, Дом Пассеро явился с четырьмя бойцами Золотого ранга – очередной повод для перешептываний и слухов, но неудивительно.
А остальным лишь оставалось гадать, к лучшему или к худшему, и чем обернется возвращение в свет этого таинственного и могущественного рода…
«Нужно было догадаться, как же я не сообразил! Неудивительно, что я не мог понять, откуда этот юнец!» – мысленно хлопнул себя по лбу Йокам, буравя взглядом удаляющиеся спины Брэнделя и Дерфаль.
Ему как члену королевской семьи был открыт доступ к тайнам и информации, скрытым даже от самой верхушки знати. В том числе о временах после воцарения во вновь созданном королевстве его первого правителя, Эрика. Неспокойных и смутных десятилетиях, наполненных многочисленными мелкими военными конфликтами, постепенно переросшими в один весьма крупный. Так и не признавший новое государство Собор Святого Пламени перед решающим боем даже заключил союз с Пантеоном Божественного Ветра, выступив единым религиозным фронтом. Но даже их объединенных сил не хватило: к невероятному удивлению многих Ауин выстоял и остался несломленным, заставив отступить сразу две могущественные конфессии. Дабы не компрометировать власть религии, этот факт благополучно сохранили в тайне.
Нынешние земли дома Пассеро провозгласили нейтральной зоной между Ауином и Киррлутцем, и его наследники в те времена не считались гражданами ни одного, ни другого, признавая власть лишь Пантеона и Собора. Подробностей Йокам не знал, но догадывался, что последний пытается привлечь Пассеро на свою сторону, и потому архиепископ согласился на исключение в виде благословения. В крещение он, конечно, не верил.
Теория на первый взгляд логичная, но по факту тупиковая, но маркиз гордо улыбнулся своей проницательности, решительно оттолкнулся руками от перил и обронил адъютанту:
Пойдем-ка пообщаемся с этим фехтовальщиком.
М-милорд?
Именно, «милорд»: свита обращалась к нему «милорд», так что я подозреваю, что настоящий граф Пассеро – именно он, – довольно улыбнулся Йокам, – и уж он-то точно не готов к общению со мной. Вот и понаблюдаем: вдруг чем себя выдаст?
Несмотря на всем известное безрассудство их лорда, свита обеспокоенно переглянулась: похоже, в этот раз он собрался переступить черту. А как иначе объяснить намерение оскорбить столь могущественный Дом лишь ради удовольствия полюбоваться на озадаченное лицо наследника?
Увы, маркиза ждало разочарование: Брэндель встретил его прохладным, прямо-таки скучающим приветствием… по обычаю королевства Девяти фениксов.
Маркиз Йокам, а нам, похоже, никак не удается пообщаться нормально, не поссорившись?
Члену королевского рода с соответствующим воспитанием не составило труда подобающе ответить на приветствие. Йокам даже умудрился улыбнуться, несмотря на удивление:
А граф Пассеро воистину образован.
Милорд, вынужден вас поправить: граф Пассеро – это он, – строго отчеканил Брэндель, потянув за руку немного покрасневшую Дерфаль.
Стиснув зубы и мысленно пообещав себе как следует отчитать этого нахала, она выдохнула и задумалась:
«Хотя… Неудивительно, что он даже не боится! Да и что такого маркиз может сделать паладдину? Да он же на Собор Святого Пламени работает!» – облегченно выдохнула Дерфаль, порадовавшись, что вела себя с ним крайне осторожно.