В доме лжи
Несколько человек оставили одинаковые снимки, сделанные, похоже, фотографом в школе. Длинные светлые волосы Кристен зачесаны набок и переброшены через плечо. Намазанные блеском губы надуты. Верхняя пуговица блузки расстегнута, узел галстука ослаблен. Фотография как будто недавняя, и Ребус предположил, что еще один такой снимок родители Кристен хранят в гостиной, хотя они вряд ли одобряли ее способ самопрезентации.
В материалах дела содержалась информация об активности Кристен в соцсетях: Фейсбук, Снапчат и прочее. Ребус прочитал распечатки ее эсэмэсок и электронных писем. Последнее сообщение Кристен отправила подружке: “о5 меня Э ждет”. Сообщение сопровождалось подмигивающим эмодзи с высунутым языком. Э – это Эллис, который ждал ее на поле для гольфа.
Кое-кто из друзей Кристен свидетельствовал на суде, что она пошла на поле, не зная, что ее там ждет. Нет, с Эллисом она не ссорилась. Нет, она ни с кем больше не встречалась. Нет, в школе в последнее время ничего не было – во всяком случае, ничего из ряда вон выходящего.
День Эллиса, по словам его матери, тоже был похож на любой другой: поздно проснулся, сходил по ее просьбе в супермаркет. Встретился с приятелями, потом занимался своими делами. Когда зашла Билли, они с матерью остались на кухне, а Эллис отправился к себе – с парой все тех же приятелей. Потом приятели ушли, а он засел играть на компьютере, нацепив наушники. В начале шестого Эллис ушел. Сказал, что к другу, у которого есть новенькая консоль, но это была ложь: к тому времени Эллис уже отправил Кристен сообщение.
– Почему он солгал? – спросили Шону.
Она не смогла ответить.
– Он часто что-то утаивал от вас?
– По-моему, нет.
Ребус думал об Эллисе Мейкле, чью историю еще предстоит раскопать. А сейчас Эллис сидит в Сотоне, в одной камере со взрослыми, он впитывает запахи и звуки, он вечно настороже. Ребус не отрываясь смотрел в провал банкера. Ему удалось не пожалеть Эллиса.
24
Тесс Лейтон подкрасилась, отчего ее природная бледность стала еще заметнее. Фокс с облегчением увидел, что она уже заказала закуску и горячее, сопроводив еду большим бокалом мерло. Значит, не анорексичка. Просто худенькая и, может быть, слегка анемичная. Ресторан, честно сказать, больше тянул на паб – более фасонистые заведения, в которых Фокс пытался заказать столик, оказались переполнены по случаю воскресного вечера. Но кормили здесь вкусно, как и обещали обзоры на ТрипЭдвайзоре. Надеть Фокс решил не костюм, а пиджак и брюки чинос. И без галстука, ворот рубашки расстегнуть. Они с Тесс поговорили о родных местах – Оксгенгс в его случае, Ливингстон в ее, – о детстве и юности. Оба успели побывать в браке; оба – без детей. У Тесс было двое братьев, у Малькольма – сестра. Он не стал распространяться о многочисленных проблемах Джуд, а она призналась, что один ее брат пережил нервный срыв. Оба обожали читать, загородные прогулки и свою полицейскую службу. Лейтон внимательно выслушала его рассказ о работе в отделе жалоб и поведала, что до сих пор ей удавалось не влипнуть в неприятности.
– Ни рапортов, ни дисциплинарных взысканий, ни выговоров.
– Это делает тебя единственной и неповторимой.
Лейтон пожала плечами и поделилась:
– Даже Грэм как-то встрял в конфликт.
– С Профессиональными Стандартами?
– По-моему, дошло до АКО, хотя тогда они, наверное, были ОБК.
– И что он натворил? – Фокс положил нож и вилку на тарелку, не в силах доесть картошку с морковью.
– По-моему, дело было на вечеринке по случаю ухода его шефа на пенсию, еще в Инвернессе. Шеф обвинил Грэма в том, что тот его напоил, а может, даже подсыпал чего, а потом сдал дорожной полиции. В итоге у шефа отобрали права, и он винил в этом Грэма.
– К жалобе отнеслись всерьез?
– Знаю только, что ему сделали выговор. По-моему, с тех пор у него проблем не было. – Лейтон помолчала. – По сравнению с делом Блума – так, пустяки.
Фокс кивнул, разглядывая ее. Тесс продолжила:
– Стоит тебе по-настоящему захотеть, и ты разрушишь множество репутаций.
– Хотя я сейчас не в Профессиональных Стандартах и сомневаюсь, что это понравится АКО. Двое их парней как раз в центре внимания.
– Вряд ли, хотя Стил и Эдвардс, кажется, не много наворотили. А вот Ребус, Скилтон и Ньюсом…
Фокс снова кивнул и сказал с почти непринужденной улыбкой:
– Ты только послушай, о чем мы говорим. Даже в выходные не можем успокоиться и продолжаем обсуждать дела.
Оба помолчали, пока официант убирал тарелки. Десерт в них уже явно не лез, но оба заказали кофе. Лейтон посмотрела, как официант направляется к бару с их заказом, и снова переключилась на Фокса:
– Малькольм, ты сейчас предложил мне сменить тему?
– Я просто не хочу, чтобы ошибки прошлого вторгались в текущее расследование.
– Значит, дело исключительно в этом? А не в том, что ты прикрываешь приятеля?
Фокс подумал над ответом.
– Я знаю Джона Ребуса не один год. Было время, когда мне хотелось, чтобы его выдворили из полиции.
– Но ты по какой-то причине изменил мнение?
Фокс пожал плечами:
– Когда он ушел на пенсию, все стало как-то мелко и формально.
– По-моему, он проводит в полицейских участках изрядно своего пенсионного досуга.
– Только если ему представляется возможность причинить максимальные разрушения.
Тесс Лейтон широко улыбнулась.
– Нравится он тебе, да?
Фокс снова пожал плечами:
– Мне таким, как Ребус, никогда не стать. Полицейским, который ловит кайф от риска.
– Ты тоже не прочь рискнуть. – Лейтон оперлась на локти и перегнулась через стол. – Ты же все-таки пригласил меня на ужин.
– Я рисковал только тем, что ты откажешься.
– С чего бы мне отказываться?
Лейтон снова откинулась на спинку стула, убрала с колен салфетку и объявила, что идет в “комнату для девочек”. Фокс приподнялся, потом снова сел. Над столом навис официант – он забыл спросить, не хотят ли они дижестив и всем ли они довольны.
– Да, все в порядке, – сказал Фокс и достал телефон.
Он почти решил отправить сообщение Шивон Кларк, но потом ему в голову пришла мысль получше. Он загуглил Ливингстон и, когда Лейтон вернулась, продемонстрировал ей экран телефона.
– Ты говорила, что у вас там ничего интересного, – упрекнул он. – Как ты могла забыть, что в Ливингстоне один из самых больших торговых центров Шотландии?
Лейтон прижала палец к губам, после чего театральным шепотом произнесла:
– Не хочу, чтобы об этом узнали все. И без того места для парковки не найти…
Когда принесли кофе, оба смеялись.