Удобная жена (СИ)

Я так хочу! Имею право.
Деньги я нашел почти сразу. Пеня набежала, да черт с ней! Но перед самой свадьбой меня вызвали на круглый стол в налоговую из-за просрочки. Ну и отжарили по-взрослому.
Поэтому и злился в день свадьбы. И уж точно не чувствовал себя счастливым молодоженом.
- Посмотри на меня с любовью, - попросила меня тогда Николь. Посмотрела так наивно и преданно, что у меня в тот момент основательно снесло крышечку.
Эту малолетнюю овцу я должен слушать всю жизнь? Спать с ней? Растить детей, таких же тупых как она сама?
Да меня поимели! Все. И даже родители!
Какого сговорились с Милютиными о нашей с Николь свадьбе. И долгие годы после их гибели, я воспринимал наш союз как должное. Да и сама Николь мне до самой церемонии казалась хорошей смешливой девчонкой. Но я прекрасно знаю, как такие добрые девочки сразу после свадьбы превращались в напористых овец и обламывали нормальных пацанов. И уж точно не мечтал о подобной участи.
Какого фига? Мне теперь эта мелочь будет указывать, как на нее смотреть, как жить, как смотреть? Серьезно? А она сама? Где же твоя любовь, Николь? В чем она выражается?
Джо и мелкие мне потом долго пытались объяснить, что я не прав и Николь не просто смазливая и богатая кукла. Она — личность. И конечно, были правы. Но я не верил, никому не верил до вчерашнего дня. И на всех семейных мероприятиях продолжал видеть глуповатую девочку, за каким-то хреном выданную мне в жены.
И только вчера, блин! Только вчера до меня дошло.
Но уже поздно или еще время есть отвоевать Николь обратно? Была ли она вчера с Джо? Или там в пентхаусе мой брат занимался любовью с другой любительницей белых роз? Тогда с кем? Брат бы точно проговорился. У нас нет и не было секретов до вчерашнего дня. И быть не может.
Мы же одной крови, правда, Джо?
Неужели ты позарился на мою жену? Так не бывает!
Не хочу верить в глупый и дешевый адюльтер. Мой брат, моя жена.. Но жизнь нам преподносит иногда удивительные сюрпризы. Мать его.
Так же как и прошлым вечером, заезжаю во двор, бросаю тачку напротив подъезда и, войдя в холл, решительно прохожу к лифту. Приложив пропуск, жду, когда разъедутся в стороны металлические дверцы. И как дурак принюхиваюсь как ищейка. Около лифта и в самой кабине мне чудится запах знакомых духов. У Николь такие же. Нежные, навевающие легкую тревогу.
И в панорамном лифте сцепив зубы, как бультерьер, пялюсь на город и озеро, поднимаю глаза к свинцовому небу. И молюсь. Не приведи, Господи! Как потом общаться с Николь?
Смотреть в глаза брату? Как жить потом, твою мать?
«Джо не может. Николь тоже», - повторяю как мантру. И понемногу успокаиваюсь.
Выдыхаю, когда лифт останавливается на этаже брата. Дверцы отползают в разные стороны и первое, что я вижу — одиноко болтающийся на вешалке пестрый платок. На белом фоне разбросаны розы, а по периметру идет черная полоса с белым горохом. Дольче Габбана. Любимый платок Николь.
Здрасьте, приехали!
И вся моя выдержка летит к чертям.
- Джо! - ору я в голос, не обращая внимания на охрану. - Джо, твою маты!
- Дядя Марк! - выскакивает из детской заплаканная Милана. - Папа в гостиной… С этой…
Он жениться решил. А меня отправляют в закрытую школу, - выпаливает она на одном дыхании.
И смотрит так жалобно и печально, что у меня все слова вязнут в горле.
Глава 23
Молча обнимаю племянницу. Целую в макушку.
- Разберемся, - отпустив девочку, делаю шаг к гостиной. А у самого от гнева стучит в висках. Джо, как же ты мог, братан! И даже сам не знаю, что предпринять. Похорошему бы уйти, но свернуть уже не получится. Придется переть вперед. Впрочем, как всегда.
Мои крики слышали даже мертвые и восстали из ада. Только брат не выходит навстречу. Прячет Николь в старинный комод в стиле шинуазри?
Представляю свою жену, свернувшуюся калачиком в лакированном ящике с рисунком. Смешно.
«Нечего терять - сжимаю до боли кулаки. И распахнув дверь, замираю на пороге.
 
На диване развалившись сидит Джо и целуется с Ксенией Леонидовной, собственной помощницей.
- А где Николь? — выдыхаю я, как последний дурак.
- Почему ты ищешь свою жену моем доме? - раздраженно вскидывается брат, насилу оторвавшись от припухших губ Рязанцевой. - Тут что? Проходной двор?
- Мне бы поговорить. Ты же вчера просил с утра заехать, - оправдываюсь я, насилу вспомнив про тормоза и наши договоренности.
- И поэтому ты туг орешь как раненый бизон? — снисходительно усмехается Джо и, кивком головы указав на кресло напротив, выдыхает обреченно. - Прошу.
Но сам не двигается с места. Наверняка, героически борется со стояком. И ничего не может поделать. Или не хочет. Ксению точно от себя не отпускает, хотя она делает попытку уйти.
-У нас проблемы - заявляю, протягивая брату руку.
- Ты даже не представляешь, какие, - рычит он, крепко сжимая мои пальцы.
- Что-то случилось? - плюхаюсь в кресло.
- Да, - мнется он, но молчит. Дятел хренов.
- Дело касается Николь? — смотрю в упор. Какого происходит? Мне кто-нибудь ответит?
- Скажи ему, - улыбается брат Ксении Леонидовне.
- Ты сам, Жора, я не могу, - отрезает девчонка, тушуясь. - С моей стороны, это
непорядочно.
- Милана, зайди! — зовет брат дочку. И когда та вбегает, просит требовательно. – Хочешь сделать доброе дело и получиться индульгенцию?
- А что для этого нужно? — настороженно интересуется племянница.
- Расскажи Марку про Николь, пожалуйста. Я не могу.
- А ты не отправишь меня в закрытую школу?
- Нет.
- А в Москву отпустишь?
- Наверное, - усмехается мой старший брат. Его дочь прекрасно знает как выкручивать руки. Но Милана молчит. Что-то обдумывает.
Как же бесит моя собственная семейка! Каждый норовит довести до крайней степени сумасшествия. Сдерживаюсь. Нет смысла выпрыгивать из штанов. Хотя Джо именно этого и добивается.
- Хорошо, - деловито кивает племянница, откидывает назад кудрявые локоны и заявляет официально. — Николь сегодня уезжает в Москву. Рейс номер.. в семнадцать пятнадцать.
Мы с тобой еще можем успеть.
- Это правда? — давлю взглядом старшего брата. Он кивает. Молча! Видимо дал Николь слово ничего мне не рассказывать.
Чистенький ублюдок, мать его…
- Хреново, - смотрю на часы, стоящие в углу. И лихорадочно соображаю, что делать?
Нужно перехватить Николь в аэропорту. Поэтому лететь нашим личным Гольфстримом не получится. Частные борты ни Домодедово, ни Внуково не принимает, а значит на дорогу придется потратить не менее часа.
Лучше кого-нибудь напрячь с билетами. Но на Москву субботним вечером обычно аншлаг. Даже в бизнес-класс. И если один билет еще можно купить, то два-уже проблема.
Большая проблема. Хотя я бы сейчас и в багажном отсеке полетел.
- Напомни, а ты мне там зачем? — улыбаясь гляжу на племянницу. - Птерозавров в Москву не пускают. Погода нелетная.
- А затем, - фыркает моя любимица, - что ты сам билеты не достанешь. А если я позвоню Насте Буркиной.
-И? - приподнимаю одну бровь.
- У нее отец в правлении Аэрофлота, - замечает ехидно Джо. — Соглашайся, бро. А там вас люди Чагорова встретят. Помогут. Я уже с ним договорился.
Иван Константинович Чагоров - Лорин отец. Когда ушла невестка, они с Джо разругались вдрызг. А потом пришлось помириться из-за Миланы. один ребенок в семье, продолжение Лоры. Зачем бодаться?
- Идет, - киваю я, соглашаясь. Сам я точно ничего не успею подготовить. сейчас время —деньги. Пусть и с такими вводными.
- Тогда я звоню Насте! - радостно провозглашает Милана. В порыве счастья целует меня в щеку. Затем отца. - Я тебя простила, - заявляет официально. — Тебя тоже, -снисходительно указывает на Ксению.
- Вот спасибо, -усмехается Джо и, достав из кармана сотовый, добавляет мягко. – Но я сам Настиного отца наберу.