Предания об услышанных мольбах

— Прибыл господин Ши! Две тысячи лет минуло со дня расставания!
Чжан-хэ представил себе это время и сразу вспомнил то расставание. Он знал Мэн Чана из Маму и его жену, теперь уже давно покойных.
— Вы знали Мэн Чана? — спросил человек из дворца.
Чжан-хэ ответил, что знал.
— При жизни Мэн Чана? — спросил человек из дворца.
Чжан-хэ ответил, что знал.
— При жизни Мэн Чан был неспособен совершенствоваться в вере и теперь служит у меня мусорщиком. Жена Мэн Чана в вере совершенствовалась и ныне пребывает в месте самом благостном, — сказал господин и поднял руку, указывая на один из домов на юго-западе:
— Она живет здесь.
Меж тем жена Мэн Чана открыла окно в своем доме и увидела Чжан-хэ. Она радостно его приветствовала и подробно расспросила, какие новости у нее в семье.
— Когда вернетесь, господин Ши, сразу же напишите им в письме обо всем здесь увиденном, — попросила она.
Тотчас из западного дворца появился Мэн Чан с метлой и совком в руках и тоже расспросил о своей семье. Затем человек с вершины дворца обратился к Чжан-хэ с вопросом:
— Известно, что Вы верите в перевоплощение и спасение, уповаете на совершенствование в вере. А каким образом Вы соблюдали себя?
— Не ел рыбу и мясо, не брал в рот вина, постоянно зачитывал сутры Высокочтимого, спасался от всяческих страданий, — отвечал Чжан-хэ.
— Судя по тому, что передавали, Вы говорите правду, — сказал господин и, прервав беседу с Чжан-хэ, обратился к Хранителю главного списка:
— Проведите дознание по делу господина Ши! Не была ли допущена ошибка?
Хранитель сверил списки и сказал:
— Ему осталось жить тридцать лет.
— Вы желаете вернуться? — спросил господин.
Чжан-хэ ответил, что желает. Господин приказал Хранителю списка снарядить конную повозку и послать с Чжан-хэ двух служек. Чжан-хэ раскланялся, сел в повозку и тронулся в обратный путь. По пути их следования были заблаговременно оповещены постоялые дворы и слуги, приготовлены запасы.
Скоро Чжан-хэ прибыл домой. Его отвратил идущий от тела запах, и он не пожелал соединиться с ним. Он стоял у изголовья, когда младшая сестра сзади подтолкнула его. Чжан-хэ упал ничком на труп и сразу ожил.
Прежде чем уйти в монахи, праведник Чжи Фа-шань услышал рассказ Чжан-хэ. Тогда-то он и утвердился в намерении вступить на Путь. Фа-шань жил во времена правления под девизом Всеобщий мир (326—334).
 Отшельник Шань Дао-кай 
Шрамана Шань, по прозванию Дао-кай, был неизвестно откуда родом. В его отдельной биографии говорится, что он происходил из Дуньхуана, родом из семьи Мэн. Дао-кай в молодые годы ушел от мира, желая уединиться где-нибудь в пещере на высокой скале. Поэтому он заранее приучил себя обходиться без злаков[124]. Сначала Дао-кай питался пшеничной мукой, через три года перешел исключительно на сосновую смолу, а через тридцать лет глотал лишь маленькие камушки. Он отказывал себе в вине, сушеных овощах и фруктах. Когда его донимал ледяной ветер, он жевал горный перец. Силы понемногу оставляли его, кожа становилась глянцевой, а поступь невесомой. Горные божества несколько раз испытывали его, но так ничего и не добились. К нему наведывались горные отшельники, но, избегая общества, Дао-кай жевал чеснок, дабы отпугнуть их. Сидя недвижно, предавался он самосозерцанию, дни и ночи напролет не ведая сна.
Дао-кай долгое время обитал в Баохани. Во втором году правления Ши Ху[125] под девизом Установление преемственности Дао-кай направился в Сипин, прибыл в град Е. Не в экипаже или в лодке, а пешим он проходил за день более семисот ли. Проходя Наньань, он обратил в веру и произвел в послушники-шраманера мальчика лет тринадцати-четырнадцати. В пути тот еле поспевал за Дао-каем.
По прибытии на место Дао-кай остановился на жительство в буддийском храме Прославления добродетели. Он ходил в груботканом рубище, спина оставалась голой. В помещении монастыря он соорудил шатер высотой в восемь-девять чи, навесил на него шелковый полог и украсил орхидеями. В этом шатре он предавался самосозерцанию. В продолжение семи лет он отказывался от злаков, пользовался разного рода снадобьями с запахом сосновой смолы или лекарственного гриба. Дао-кай превосходно лечил глазные болезни. Он обходил грады и веси, повсюду излечивая простой люд. Высшая знать присылала ему множество даров из близких и далеких мест. Дао-кай принимал эти дары и раздавал бедным, не оставляя себе ни толики.
 
К концу правления Ши Ху, предвидя последовавшие вскоре распри, Дао-кай с учениками ушел на юг в Сюйчан. В третьем году под девизом правления Устроение порядка (360) Дао-кай пришел сначала в Цзянье, а затем перебрался в Паньюй, горы Лоуфушань. Он ночевал под сенью деревьев в лесной чащобе, обретя радость в одиночестве.
В седьмом месяце того же года Дао-кай умер. Он завещал упокоить тело в лесу, не предав земле, и ученики исполнили его волю. В первом году под девизом правления Обильный мир (363) наместником в Наньхае стал Юань Янь-бо[126]. Вместе со своим сыном Ин-шу он взошел на горы Лоуфушань и почтил прах Дао-кая: они воскурили благовония и совершили ритуал поклонения.
 ДИНАСТИЯ РАННЯЯ ЦИНЬ (351—394) 
 Гуаньшиинь спасает от казни 
Сюй И был уроженцем уезда Гаолу. Сюй И с молодых лет чтил Закон. Он служил начальником канцелярии при Фу Цзяне. После гибели Фу Цзяня вспыхнули солдатские бунты. Мятежники схватили Сюй И и приготовились казнить: ноги зарыли в землю, а волосы привязали к дереву. Ночью И принялся молить Гуаньшииня об избавлении, а потом в изнеможении заснул. Во сне ему привиделся человек.
— Твои дела плохи, а ты вздумал спать, — сказал он.
Сюй И тотчас проснулся и увидел, что воины, поставленные сторожить его, уснули. Тогда Сюй И попробовал освободиться. Свободными руками он отвязал волосы и, вытащив ноги из земли, бросился бежать. Пробежав сотню шагов, он спрятался в невысокой траве и тотчас услышал, что за ним гонятся. С факелами в руках плотными рядами долго кружили преследователи в тех зарослях, да так и не нашли И. Наутро мятежники разбрелись кто куда, а Сюй И отыскал прибежище в одном из монастырей города Е. Так он и спасся.
 Гуаньшиинь вызволяет из беды 
Би Лань был уроженцем уезда Дунпин. С малолетства он чтил Закон. С войском Мужун Чуя ходил Лань в северный поход. Он был окружен варварами, когда от него бежала лошадь. Враги скакали за ним по пятам. Лань стал всем сердцем взывать к Гуаньшииню, и ему удалось скрыться. Он поднялся высоко в горы и сбился с пути. И вновь Лань доверился Гуаньшииню. Ночью он увидел праведника в уставной одежде с посохом в руке. Праведник указал ему тропинку. Ланю удалось выйти на дорогу и благополучно добраться до дому.
 ДИНАСТИЯ РАННЯЯ СУН (420-479) 
 Предсказание шрамана 
Шрамана Фа-чэн перед смертью сказал:
— Один человек в горах Суншань сообщил мне: «Полководец из Цзяндуна Лю Юй примет мандат Неба». В залог этот человек оставил тридцать два яшмовых кольца и одну золотую монету.
Будущий основатель династии Сун (Лю Юй) узнал об этом и приказал монаху Хуэй-и отправиться в горы Суншань. Тот семь дней и ночей кряду совершал ритуальное хожение, а потом увидел во сне длинноволосого старца, давшего ему указания. Пробудившись ото сна, Хуэй-и уже в точности знал место, где находятся эти вещи. Он раскопал землю и достал их.