Ленивая ведьма (ЛП)
У меня в голове торжественно затрубили фанфары.
— Расскажите мне о нём.
— Он пьяница, — пренебрежительно сказала она. — Кажется, Адептусу Дайалу он нравится, но он бесполезен. И он ублюдок.
— Что заставило вас думать, что он ублюдок?
— То, что он был рождён вне брака, разумеется.
Я моргнула.
— Эм…
Бетани не обратила внимания на моё сильное удивление.
— Он не придерживается старых правил. Он приносит ноутбук на работу, — её глаза стали размером с чайные блюдца. — Ноутбук, — повторила она, несомненно шокированная столь чудовищным нарушением правил.
— Невероятно.
Она с жаром закивала в знак согласия.
— Когда вы видели его в последний раз?
— Он уехал через час-два после Бэллхема и Фэйрклоф. Больше он не возвращался.
— Бетани, — сказал Винтер, — вы могли бы достать для нас его личное дело?
Она выглядела удивлённой.
— Ой, у меня его нет. Такого рода вещи хранятся в отделе кадров.
Я хмуро посмотрела на Винтера.
— Это нормально?
— Думаю, да.
Меня не могло не интересовать, не замешан ли в этом ещё и Тарквин. Он работал в отделе кадров, и я не сомневалась, что он способен на подобное.
— Большое спасибо, Бетани. Вы были чрезвычайно полезны. Можете идти.
— Не за что.
Она встала и отодвинула стул, после чего кивнула и вышла из комнаты. Как только она ушла, я тоже поднялась на ноги.
— Вот так надо, — сказала я, театрально взмахнув рукой, — проводить двадцать собеседований за пять минут. Пошли отсюда.
Винтер не пошевелился.
— Нам всё ещё нужно опросить девятнадцать человек.
— Даа, но у нас уже есть то, что нужно. Бетани держит руку на пульсе, — я широко улыбнулась. — Никогда не стоит недооценивать чайную леди.
— Важно поговорить с каждым.
— На это уйдут часы, а может, и дни. У нас нет столько времени, и мы уже получили новую зацепку. Хватит быть таким педантом в отношении правил, Раф. Если потребуется, мы можем вернуться.
— Обычно так не делается.
— Ты должен радоваться.
— Я рад, — он вовсе не выглядел обрадованным. Он казался весьма обеспокоенным.
— Ты не улыбаешься, — заметила я. Он не часто улыбался, а стоило бы, потому что вокруг его глаз появлялись морщинки, и он становился доступным и тёплым, а не по-зимнему холодным. — Не беспокойся насчёт Бетани. Такие, как она, есть в каждом офисе во всех уголках земли. Уверена, она будет в восторге, если ты поговоришь с кем-нибудь и скажешь, чтобы ей дали больше ответственности, но, пожалуй, она обожает знать все сплетни. Ей прекрасно подойдёт должность администратора, — размышляла я. — Тогда Майкл Уэзерс мог бы уйти и развивать свою магию.
Винтер всё равно не улыбался.
— А что, если объявится тот, чьи родители посмели заняться сексом до свадьбы?
Я пожала плечами:
— Она старых взглядов. И да, немного странная. Но мы не можем сажать за это под замок. В противном случае мы оба были бы в самом верху списка. Кроме того, это Орден. Странность идёт в комплекте. Вместе с жаждой власти, чрезмерной амбициозностью и способностью откровенно раздражать.
Винтер вздохнул и пригладил свои волосы.
— Давай найдём личное дело этого парня, Марша, и навестим его. Думаю, нам также стоит поговорить с Адептусом Прайсом и выяснить, почему он так отчаянно стремился поговорить с Дайалом. Но сначала нам нужно сделать крюк.
Я сморщила нос.
— Большой крюк?
— Мы можем отвлечься на пятнадцать минут, — он стиснул челюсти. — Оно того стоит.
— А лестницы будут?
Ответа я не получила.
***
В конечном итоге я даже обрадовалась решению Винтера отвлечься. На улице было серо и ветрено, а холод пробирал до костей. Это был один из таких дней, когда на совершенно законных основаниях я бы свернулась клубочком на диване под одеялом с громадной чашкой горячего шоколада. Я застонала при мысли об этом, чем заработала странный взгляд Винтера.
Мы дошли до широкого здания без каких-либо опознавательных знаков. Должно быть, я проходила мимо него множество раз, когда была Неофитом, но никогда не интересовалась, что тут находится.
— Что это за место? — спросила я, семеня почти бегом, чтобы не отставать от длинноногого марша Винтера. — И можешь помедленнее?
— Я обещал тебе пятнадцать минут. Терпеть не могу нарушать обещания, — он так и не сказал, где мы были.
Мы повернули за угол и оказались в обширном атриуме. У меня перехватило дыхание. Это было что-то с чем-то. Даже несмотря на серое небо снаружи, свет, проникающий сквозь окна, был необыкновенным. Повсюду росли травы: некоторые мне были знакомы, некоторые нет. Здесь присутствовали все оттенки зелёного, а витавший в воздухе запах земли был невероятно притягательным. Я почти захотела завести себе участок. Почти.
— Дай угадаю. Это для таких же любителей трав, как ты?
— Попробуй ещё раз.
Раздался странный дребезжащий звук. Я заметила, как белка с неимоверно пушистым хвостом скрылась в зарослях.
— Эй! — воскликнула я. — Та белка была рыжей! — я обернулась к Винтеру и обнаружила, что он внимательно за мной наблюдает.
— Да, — сказал он. — Это часть программы, которую мы запустили, чтобы помочь рыжим белкам в полном объёме вернуться в сельскую местность теперь, когда нас заполонили серые, — он показал на пятачок земли, где росли высокие растения. — Посмотри на это.
— Пшеница?
— Да. Для укрепления корней и способности расти в неблагоприятной среде была использована магия. Уже удалось достичь значительных успехов, и фермеры по всему миру пожинают плоды. Буквально.
Ладно, это меня впечатлило. Я открыла рот, чтобы задать Винтеру очередной вопрос, но моё внимание привлекла стайка детей в форме, направляющихся в нашу сторону. Я изогнула бровь.
— С измальства склоняете к магии?
Он покачал головой.
— И снова ты неправа, — он помахал ведьме в красной мантии, возглавлявшей группку, и она неторопливо подошла к нам.
— Адептус Экземптус Винтер! Как приятно, — она подставила щёку для поцелуя и поцеловала его в ответ. Я сдержала вспышку гнева, что почувствовала, когда чьи-то губы коснулись щеки моего напарника. Какая нелепая причина для раздражения.
— Это Иви Уайлд, — сказал он. — Иви, познакомься со Старшим Адептусом Голдштейн.
Когда она мне улыбнулась и склонила голову, в её взгляде промелькнуло любопытство.
— Приятно познакомиться.
— Почему бы вам не рассказать Иви, чем вы занимаетесь?
Голдштейн вспыхнула.
— С удовольствием. Я здесь с группой, приехавшей из Лондона.
Её прервал мальчик лет десяти, нетерпеливо дёргающий её за рукав.
— Мне нужно в туалет, — он говорил странным неестественным тоном и не смотрел прямо в глаза.
— Конечно, — она кивком подозвала другую ведьму, что была позади группы, и та увела мальчика.
— Он аутист, — сказала я.
Она улыбнулась.
— Да, в этой группе все такие. Мы используем магию, чтобы ускорить их развитие и помочь им понять мир. Это медленный процесс, но мы наблюдаем существенные результаты. Вчера у нас была большая группа детей, больных раком. Мы пока не нашли способ победить болезнь, но показали им, какого прогресса достигли в лабораториях.
Я облизнула губы:
— Вау. Это… это действительно здорово, — слова прозвучали глупо. Вот уж точно преуменьшение.
Один из младших ребятишек потянулся и коснулся стебля розы, а потом отпрянул и заревел, когда шип проткнул его кожу. Голдштейн поспешила к нему, а я в это время повернулась к Винтеру.
— Так вот каков сегодняшний урок, да? Что Орден делает много хорошего? — я смутно понимала, что в Ордене имелись похожие проекты, но никогда особо над этим не задумывалась.
— Иви, ты пробыла здесь пару месяцев, всего лишь на должности Неофита. Твоё внимание было сосредоточено на посвящении и базовых предметах, — по его губам пробежала тень улыбки. — Хотя я совершенно уверен, что ты пропускала занятия по физкультуре.