Семь жизней

–Хороша?– Бен склонился чуть ниже, откровенно разглядывая мои ноги.
–Ей шестнадцать,– резко ответил Джеймс, перехватывая его взгляд. Даже я, будучи призраком, ощутила напряжение в этой комнате.
–И?
–Придержи свои грязные мысли при себе. Я не спал с ней и до восемнадцати не планирую.
–Делишь с ней койку и не спишь?– усмехнулся Бен, похлопав Джеймса по плечу. Мне стало мерзко от его слов.
–Делю комнату,– поправил его Джеймс.– Я сплю на полу.
Бен разразился хохотом. Мерзким. Противным. Хохотом. Я невольно сжала кулаки и оскалилась. Как же он меня раздражает.
–На кой черт ты ее к себе привел, раз даже не спишь с ней?
–Давай товар.– Джеймс встал с дивана, потянув Уайлли за собой. Она все так же продолжала улыбаться, поглядывая на него влюбленным взглядом.
–Этот разговор не завершен,– пригрозил ему пальцем Бен и выудил из сумки черный сверток.– Жду вас в гости.
Джеймс нахмурился. Он прижал Уайлли к себе и повел на выход.
–Ты как?– шепнул Джеймс, что я едва разобрала его слова.
–Это лучший день в моей жизни,– расплылась в улыбке Уайлли, потянувшись к его губам.
Джеймс отстранился, удерживая ее за плечи.
–Уверена? Может, домой?
–Нет, я хочу посмотреть, как ты это делаешь.– голубые глаза округлились, изображая театральное удивление.
Джеймс что-то пробурчал, но я не уловила его слов из-за смены воспоминания. Если бы сейчас была возможность отказаться от просмотра своих жизней, я бы согласилась. Мнимое умиротворение дает трещину, и сквозь него пробирается страх.
Оправданный.
Мы стояли возле двери. Джеймс озирался по сторонам. Видимо, боялся внимания любопытных глаз.
Дверь открылась и оттуда выглянул парень в черной балаклаве.
–Тариф прежний?
Джеймс коротко кивнул. Парень в ответ протянул ему конверт и обменял на сверток.
–Примерно так.
–Так просто.
Этого я и боялась. Легкая работа – легкий заработок. Конверты, забитые купюрами. Хороший процент от продажи. Я видела, как буквально пьянею от этой идеи. Как возвращаясь домой, пытаюсь уговорить Джеймса позволить и мне торговать.
На этом все: воспоминание закончилось, а в следующем мы вновь у Бена. Нет, не мы. Я одна.
–Возьми меня на работу,– голос Уайлли звучал твердо. Для пущей убедительности она сжала кулаки.
–Я согласен,– Бен расплылся в улыбке.– Но, есть одно условие.
–Какое?
–Разные заказы. И ходить будешь одна, без Джеймса.
–Он не отпустит меня одну.
–Сейчас же отпустил. Или,– Бен приблизился к ней, заправив прядку волос за ушко.– Он не знает, что ты здесь?
–Не знает.
–Маленький секрет?– Бен коснулся указательным пальцем подбородка и слегка приподнял голову. Уайлли кивнула в ответ.
–Тебе нужно знать ассортимент,– бросил он, отстраняясь.– У Джеймса своя клиентская база, а тебе придется нарабатывать. Адреса подкину. Клиентов найдешь сама. Их заметно сразу: одиночки, возле стен, с блуждающим взглядом. Многие меня знают и знают мой товар. Заприметила, подошла, сказала «от Бена». Непонимающий взгляд – уходишь, кивают – продаешь. Все поняла?
Уайлли кивнула, спрятав руки в карманах брюк.
–Чтобы знать ассортимент, нужно его попробовать. Весь. Джеймс не поймет. Он употребляет, но крайне редко и для расслабления. Забота твоя, не втягивать меня и не способствовать увольнению моего лучшего сотрудника.
–Я поняла.
С каждой секундой Уайлли теряла уверенность. Но дикая жажда сделала свое: она коротко кивнула и взяла все пакетики из его рук.
В следующем воспоминании Уайлли дома. Родителей нет. Она сидит все на том же матрасе, а в руках несколько таблеток. Поглаживает их пальцем и закидывает в рот. Глаза прикрыты, уголки губ поднимаются. Что она видит? Что чувствует? Неужели, благодаря им она счастлива?
Веки поднялись, и я увидела затуманенный взгляд. Уайлли смотрела прямо на меня, но, нет, сквозь. Обмякшие руки покоились на ногах. Да, она счастлива.
Воспоминания начали быстро сменяться. То я в доме, продолжала пробовать эту дрянь, то в квартире у Джеймса, переживала последствия. Я могла улыбаться, а могла рыдать, зарываясь лицом в подушку. Они меня разрушали.
В одном из воспоминаний, Уайлли вертелась на крохотной кухне Джеймса. Разложив еду по тарелкам, она выключила закипевший чайник, а после разлила кипяток по кружкам. Уайлли резко остановилась и прислушалась к шуму из комнаты. Джеймс сидел на диване и смотрел телевизор. Убедившись, что он не обращает на нее внимания, Уайлли достала из заднего кармана таблетку и бросила ее в чай. Черт. Черт, черт, черт. Я даже не успела обдумать эту мысль. Чертов Бен.
Воспоминание повторилось. Еще и еще. Сколько раз она это провернула, чтобы Джеймс предложил сам употреблять? Не так много. Жаль, что Голос не показывал мне дату. Хотя, может и показывал, но я не обращала внимание.
И снова квартира Бена. И снова Уайлли там без Джеймса.
–Как дела?– лениво спросил Бен, плюхаясь на диван.
–Джеймс не против.
–И как же ты смогла его убедить, малышка?– теперь он заинтересовался в этом разговоре.
–Я готова к первому заказу.
–Раз готова, то держи,– Джеймс вытащил из сумки маленькие полиэтиленовые пакетики и визитку, и передал Уайлли.– На одной стороне адрес, на другой стороне прайс. Потеряешь – заплатишь из своего кармана, украдут – из своего кармана, употребишь – сама знаешь.
–А ты бы не мог дать еще немного мне? В ассортименте.
–Малышка,– мерзкий хохот Бена заполнил квартиру.– Бесплатная подписка закончилась. Следующая доза только за деньги.
Уайлли поджала губы. Она распихала пакетики по карманам и внимательно изучила визитку.
–Как все продашь – возвращайся. Отдашь мне всю сумму, а я выплачу процент. Можешь, конечно, обменять,– он потряс пакетиком перед ее лицом.
Вот он – мой первый заказ. Вечеринка подростков. Реки пива и похоти. Среди них: милая блондиночка, в опрятной одежде и с минимальным макияжем. Ее не отличить от других.