Поцелуй на снегу (СИ)

Самое парадоксальное, что снова пошел снег. Не сильный, без ветра, он кружил в воздухе и оседал на незащищенных участках кожи.
В поселке было тихо. Почти безлюдно. Люди только-только просыпались от праздников и выползали на улицу. Кто-то расчищал снег, кто-то просто стоял на крыльце и курил. Многие дома были обнесены высокими заборами.
Рита шла рядом с ним, забавно пыхтела и нет-нет шмыгала носом. Савелий молчал. Ему нравилась их прогулка. Когда он в последний раз гулял с девушкой? Давно, вечность назад. Поэтому…почему бы и нет.
Тем более, ему доставляло удовольствие тот факт, что Рита рядом. Оказывается, зачастую и не требуется многого.
Её машинку он увидел издалека.
-На первый взгляд ничего критичного, - сказал он, подходя ближе и осматривая колеса. С собой Савелий прихватил саперную лопату из своего автомобиля, потому что сильно сомневался, что нечто подобное имеется в машине Риты. Девушка несколько раз подозрительно покосилась на инструмент в его руках. – Потом такую купи и всегда вози с собой.
Сначала Савелий сел за руль, проверил насколько машина увязла. Рита пусть и пободалась за неё, но всё же не довела до критичного момента. Не хотелось бы толкать или «дергать».
- Я сейчас буду делать подкоп, и говорить тебе, что делать. Справишься?
Мартыненко остановился рядом с Ритой и внимательно на неё посмотрел. Та выглядела решительной и серьезной.
- Я постараюсь. И…спасибо, Сав.
- Потом скажешь спасибо.
Пришлось повозиться. Заднее правое колесо хорошенько «село», Савелий несколько раз от души выматерился, даже была мысль высказать Рите, культурно так, что нехер ездить, где не следует и когда не следует. Девочка, интуитивно чуя, что накосячила, мудро помалкивала.
Вот и правильно. Вот и славно.
Когда машинка в последний раз капризно забуксовала, а потом стартанула с места, Савелий довольно улыбнулся. Дело сделано. Рита выехала на дорогу и подождала, пока он догонит её, сев на пассажирское сиденье.
- А вот теперь благодари, - самоуверенно заявил он, наклоняясь к ней и подставляя щеку для поцелуя.
План и фокус были стары как мир. Савелий не сомневался, что Ритка в курсе, что последует дальше.
Девушка повернулась к нему, её реснички затрепетали. Едва заметно прищурилась и потянулась к нему. Мартыненко едва ли не урчал от предчувствия, наблюдая за ней. Какая же она всё-таки ладушка! И эти веснушки, что скрылись под румянцем. Прелесть же!
Он выжидал. Притаился. Давай, милая, иди же…
Она, естественно, нацелилась в щеку. Он, естественно, подставил губы.
Дальше дело техники и ловкости.
Один миг и Статуэточка оказалась в его объятиях. Холодная, замерзшая. Родная. Он захватил её губы в плен, вдавил в себя, чтобы оказалась ближе. Пространство между сиденьями не позволило прочувствовать её полностью. Её тепло. Нежность.
Как объяснить то дикое желание, которое он испытывает, когда она рядом? Рита протестующе пискнула, а потом сама вцепилась в ворот его парки. Коснулась шеи. Куда-то дальше попыталась проникнуть. Как и он сам. На них было слишком много одежды и мало доступа к тому, что желанно! Он задрал её дубленку, ощупал бедра, талию. Сжал сильнее, открыто наслаждаясь прикосновениями к ней.
Ещё!
С губами Риты он не церемонился. Она, зараза, от него сбежала вчера! Подумала? Поспала одна? Хорош! Он рыкнул, выдавая своё нетерпение и толкнулся языком внутрь, забирая всю сладость себе. Рита задрожала, заелозила, не то пытаясь отодвинуться от него, не то наоборот.
- Сав…
- Благодарность только начинается. Ты поведешь или я?
- Ты.
До его дома они добрались быстро. Уже и на ментов, и на выпитое спиртное было наплевать. Наоборот, на Мартыненко нахлынуло такое состояние, что лучше его не трогать… никому лишнему.
Зарулил он к дому резко, подняв ворох прозрачного снега. Рита ойкнула, но больше ничего не сказала.
Он открыл ей дверь, взял за руку и повел в дом.
Она продолжала молчать.
От верхней одежды оба избавлялись быстро. Скидывали прямо на пол, к обуви, что нелепо свалилась на кафель, разбросанная в разные стороны.
 
Рита и Савелий шагнули друг к другу одновременно, едва не врезавшись. У мужчины сработал рефлекс, отточенный годами, и он, вовремя тормознул, смягчив столкновение. Зато Рита врезалась в него. Мягко… плавно… Идеально соединив их тела. Тотчас обвила шею руками и бедрами качнула.
Последнее плавное движение сорвало у Савелия все предохранители. Они и так плоховато функционировали, когда она находилась рядом. Причем, с первого вздоха. Именно с ней.
***
Рита не хотела думать, что происходит. Возможно, потом она снова пожалеет. Может, и нет.
Савелий брал её жадно. Нетерпеливо. Точнее, не брал. Пока только трогал. Руками. Губами. Глазами.
А она… нуждалась в нем. Это сложно объяснить. Она оказалась безумно жадной до его тепла. И до потребности в себе. Эгоистично? Да никто и не спорит! Иначе она не могла.
Оторви её от Савелия, и она взвоет белугой. Его запах, близость его тела кружили голову, проникали в кровь, впрыскивая в неё, помимо адреналина, и феромоны. Так же пробуждая дичайшую потребность давать.
Его кожа… Его присутствие рядом. То, как он дышит… Как касается её…
Она вцепилась в него. Прижалась плотно-плотно, и снова втянула в себя его запах. Чисто мужской, сложный. Дорогой парфюм, пот, пиво. Рита уже не удивлялась, что он её не отталкивает. Если с разумом ещё были вопросы, то её тело точно выбрало этого Мартыненко.
Он забрался к ней под свитер, поддел лифчик, вздернув его кверху, чтобы сразу же найти сосок. Извернуться, нагнуться и поймать его губами. Рита выгнулась, отчаянно ища опору. Едва ли не до хруста в позвонках.
Глаза девушки непроизвольно распахнулись. Вид склоненной над ней темноволосой головы поражал воображение. Настолько остро она чувствовала всё, что с ней делал Савелий – не передать.
Он целовал, лизал её. То один сосок, то второй. Припадал к ним, втягивал, и всё время водил руками по голой спине Риты.
Они добрались до дивана, Савелий первым сдернул с неё свитер, Рита потянулась к его. Она не могла бездействовать. Савелий магнитом её притягивал, и она не стала бороться с искушением. К черту всё! Её кожа горела от его взглядов, не говоря уже о ласках.
Получив доступ к её полуобнаженному немного замерзшему телу, Мартыненко начал его согревать. Опустился на колени, покрыл поцелуями грудь, живот, при этом, кажется, намертво вцепился в её бедра. Трогал. Ощутимо. Но как же Рите нравилось! Его дикая страсть пробуждала в ней ответные реакции. Рита вцепилась в его темные волосы.
Направила…
Он безоговорочно понял, что от него хотят. Поднял голову и заглянул ей в лицо.
У Риты что-то екнуло внутри. Вспыхнуло. И покатилось, полилось…
Она провалилась в пламя его взгляда. Так на неё никто никогда не смотрел. Не пожирал глазами. Не трахал ими.
Савелий, продолжая крепко держать её за задницу, потянул свободные штаны вниз. И следом проложил дорогу губами…
Рите было остро. Сладко. Хорошо. Он целовал её сначала через трусики – она, как знала, надела тонкие кружевные, нежно-розовые. Интуиция порой забегает вперед, с этим ничего не поделаешь.
Потом сдвинул в сторону и припал к лону. Рита жадно, сквозь зубы втянула в себя воздух.
Происходило нечто не поддающееся разуму. Разве можно настолько сильно хотеть мужчину, к которому ничего не испытываешь? Или… Рита прикрыла глаза. К черту всё! И всех, пожалуй… Она растворялась в собственных ощущениях, эмоциях. В том, что с ней делал Савелий.
Его губы. Язык. Пальцы.
Он раздвинул её складки. Провел пальцами назад, вперед, размазывая обильно выступивший сок, и лишь потом вошел. Жестко и требовательно. Наполнил частичкой себя. Рита жадно откликалась на его ласки, безоговорочно принимая. Ей нравилось всё, что он с ней делал! Он целовал её лобок, губы, толкался пальцем внутрь, при этом издавая звуки, похожие на урчание. Он наслаждался тем, что делал с ней…