Покушение

— Об этом ты хотела поговорить со мной?
Сириль вздрогнула.
— Он… он не умер?
— К счастью, нет. Это правда, что я в деталях все продумал и подготовил четкий план действий. Но если бы я это сделал, то разрушил бы свою жизнь. Она, наверное, не многого стоит, тем не менее это моя жизнь…
Сириль долго смотрела на него, не в состоянии подыскать нужные слова, потом рассмеялась.
— Он не умер… — повторяла она. — Он не умер…
— Нет. А ты что думала? У меня есть отчет о его лечении за последний месяц. Если хочешь, могу показать.
— Он не умер…
Жюльен подошел к ней. Невидимая преграда между ними словно испарилась.
— Что происходит?
Сириль провела рукой по лицу, как будто хотела стереть из памяти все горестные мысли, преследовавшие ее со времени возвращения в Европу.
— Я думала… я вспомнила…
— Ваша память в очередной раз подвела вас, доктор?
Напряжение Сириль исчезло, и она, кивнув головой, расплакалась от облегчения. Да, ее память создала ложное воспоминание, которое казалось настолько реальным, что ввело ее в заблуждение. Она смеялась и плакала одновременно.
— Все хорошо, все хорошо…
Она все еще смеялась сквозь слезы. Жюльен осторожно прикоснулся к ее подбородку. Звуки бандонеона отделяли их от остального мира.
— Скажи мне кое-что…
— Что?
Жюльен прикоснулся к ее губам легким поцелуем. Сердце Сириль отчаянно забилось.
— Ты будешь приезжать сюда? Ты найдешь для меня время?
Сириль опустила голову. Слезы текли по ее щекам. Какая разница, чем все это закончится? Сейчас она хотела только одного: быть здесь и с ним. Ей хотелось снять с него футболку и прикоснуться к его коже, прижаться к нему, позабыв все свои страхи и ложную скромность. И чувство это было настолько сильным, что она не могла даже пошевелиться.
Жюльен привлек ее к себе.
— Ты не забудешь меня в этот раз? Обещаешь?
Сириль медленно кивнула. В ее глазах блестели слезы.
— Обещаю.
  
Благодарности 
 
От всей души я благодарю:
Алекса, Тома и Ноа, свои три «опоры», — за бесконечное терпение и любовь.
Бернара, Эдит, Каролину и Элоизу — за доверие и уважение.
Дельфину, живущую за северными ледяными морями, — за самое первое прочтение всего этого.
Гарри, Бруно и Франсуазу — за драгоценную поддержку и прекрасные идеи.
Алину, Кристину, Софию и Стефанию — за дружелюбие и очень важные замечания.
Джорджа, Катерину, Марику, Лоранса и Изабель, а также все мои «корни», удерживающие даже на самом сильном ветру.
Свою приемную семью — за бесконечное тепло и жизнерадостность, которую не могли сломить даже обстоятельства.
Мою собственную семью, свою любимую банду, — за подбадривания и смех, постоянный смех.
Своих читателей — за драгоценное время, которое они отдали мне.