Гарри Поттер и Враг Сокола
— Это правда, Гарри? — глаза Рона бешено сверкнули.
— Правда, Рон, — честно ответил Гарри.
— Рон! Ты что, с нас же оставшиеся балы поснимают за такую брань! — ужаснулась Гермиона, услышав Ронову реакцию на это известие.
— Послушай, Рон, — принялся его успокаивать Гарри, — это ее дело, ты теперь встречаешься с Луной.
— А она ещё невинна, — вставила Гермиона. — И любит тебя в отличие от этой… Парвати!
— С Малфоем! С этим белобрысым, мерзким крысенышем! — бушевал Рон.
— Рон, это ее выбор! Пожалуйста, успокойся, — Гарри выхватил из его рук бутылку сливочного пива, чем спас последнюю от громкого удара об пол.
— Ты лучше скажи, где ты Луну бросил? Ее нельзя оставлять одну, ты разве забыл? — напомнила Гермиона.
— Да вон она, танцует со всеми, — отмахнулся Рон и снова свирепо посмотрел в сторону Парвати.
Драко подмигнул Рону и прижал к себе девушку.
— Я его урою, Гарри, — пообещал Рон, сжимая кулаки.
— Зачем? — спросил Гарри. — Парвати, как Луна, могла отказаться, но она предпочла искать милости у нашего старосты.
— Вот именно, Рон. И ещё, спешу тебя обрадовать, что ей с хорьком не понравилось, потому что он — ужасный эгоист, — горячо произнесла Гермиона.
Рон резко к ней повернулся.
— Правда? — севшим голосом спросил он.
— Правда, Рон, — ответил Гарри.
— Подари свою любовь Луне, честной и хорошей девушке, — торжественно произнесла Гермиона.
Рон молча смотрел перед собой. Гарри с сочувствием ждал, что предпримет его друг.
— Рон, — услышали они голос Луны и вздрогнули. — Сейчас будет снова медленный танец…
— Да, точно, — спохватился Рон. — Идем! — и он утащил девушку к остальным парам.
«Вещие сестрички» порадовали школьников лирической песней, и девушки с завистью пронаблюдали за тем, как Министр Магии пригласил на танец Парвати Патил. Драко станцевал с Падмой, играющей с сестрой в злые переглядки. Нарцисса, губы которой, как обычно, кривились от легкого презрения, беседовала с директором Амбридж, вяло ковыряя вилкой в крылышке жареной индейки. Гарри не слышал, о чем они разговаривали, до него долетало только девчоночье сюсюканье директрисы, от которого напрочь пропадал аппетит.
— Тоже мне великая честь, чтобы этот насильник пригласил на танец, — тихо произнесла Гермиона, сидя рядом с Гарри. — Похоже, никто не успел прочитать наши листовки, — огорченно добавила она.
— Ничего, Гермиона, они их обязательно найдут в своих вещах и прочитают, — успокоил ее Гарри. — Ещё и дома покажут родителям и родственникам.
— Да, конечно, — вздохнула Гермиона. — Так даже лучше, Амбридж нас не накажет.
Министр Магии объявил, что хотел бы всех поздравить с Рождеством. Амбридж, кхекнув и усилив голос, велела всем школьникам занять свои места. На столиках появились золотистые таблички с именами. Гарри и Гермиона нашли свой стол и сели рядом с Роном. Недалеко от них уселась счастливая и упивающаяся завистью старшекурсниц Парвати. Рон скорчил гримасу.
— Не обращай на неё внимания, Рон, — прошептала Гермиона.
Люциус занял свое место за преподавательским столом и под восхищенные взгляды произнес напыщенную поздравительную речь.
— Ну и какой же праздник без подарков? — протянул он и сделал галантный взмах волшебной палочкой. В следующую секунду перед школьниками появились красиво упакованные подарки. Гермиона брезгливо посмотрела на свою небольшую коробочку. Рядом с Гарри была коробка гораздо больших размеров. А на столе перед Роном появился ещё больший сверток.
— Прикольно, — протянул Рон, — чего это наш Люц расщедрился?
Гермиона быстро вскрыла свой подарок. Это был маггловский блокнот, открытка с едущим по зимним просторам Санта Клаусом в сопровождении глупо улыбающихся домашних эльфов и набор обычных школьных перьев.
— Щедрый подарок, — усмехнулась Гермиона. — Жаль, что перья не копировальные…
— Да, было бы неплохо, А мне вот что, перья съедобные, — сказал Гарри, доставая из коробки пакет волшебных сладостей из «Зонко» и шуток от тетушки Луш. На его открытке тоже были нарисованы домашние эльфы, которые водили хоровод вокруг Рождественской елки.
— Как я понял, все мои…Ну, типа, подколол, — хмыкнул Гарри.
— Ничего, скоро все узнают, как он относится к эльфам, я всем покажу наши открытки, — Гермиона опасно прищурила глаза.
В поздравительном свертке Рона помимо сладостей из «Зонко» и шуток Луш лежала красивая черная мантия, очень похожая на обычную школьную, но из более дорогой ткани и без герба. На открытке изображался уютный засыпанный снегом домик, из которого выносил подарки улыбающийся как Гилдерой Локхарт Санта Клаус. Гермиона и Гарри постарались рассмотреть подарки других школьников.
— Я все поняла, Гарри, — вскоре сказала Гермиона, — подарки зависят от того, насколько ты чистокровный. Мне, маглорожденной, полагается вот что, тебе, чистокровному волшебнику в первом поколении — такой подарок, а самые большие подарки и даже мантии — это настоящим чистокровным.
— Меня настораживают эти мантии, — произнес Гарри. — Что это значит?
— Меня тоже, — подтвердила Гермиона.
— Ну и наконец, я хотел бы отдельно поздравить лучших учеников Хогвартса, — Люциус улыбнулся, как Санта-Клаус на открытке Рона и взмахнул волшебной палочкой.
Возле некоторых учеников появились разноцветные свитки пергаментов. Гарри к своему изумлению обнаружил, что на его столе тоже появился подарок от господина Министра.
— Я решил поощрить самых талантливых учеников Хогвартса подпиской на лучшую газету уходящего года — «Волшебный Голос правды», — радужно сообщил Люциус.
Гермиона с негодованием посмотрела на свой свиток.
— Не огорчайся, Гермиона, — пошутил Гарри, — он нам сэкономил солидную сумму из семейного бюджета. Если, конечно, Амбридж нас не заставит подписаться ещё раз. Хотя я бы предпочел, чтобы Министр подарил мне общую тетрадь для конспектирования его умных мыслей.
Подарки полагались также и учителям. Снейп, скривив губы в подобии улыбки, отодвинул свой подарок на край стола. Макгонагал взяла свою коробочку так аккуратно, словно там была завернута какобомба от братьев Уизли. Флитвик что-то вежливо пропищал, профессор Вектор с любопытством заглядывала в свой сверток, а директриса едва не лопнула от умилительной улыбки, когда Люциус Малфой взмахом палочки преподнес ей в подарок волшебные духи.
— Ну вот, теперь наша Жаба ещё и вонять будет, — прокомментировал Рон.
Тонкс, едва сдерживая смех, пыталась заставить Сириуса убрать светлые волосы и уши Добби. Но, похоже, на малыша яркий Министр Магии произвел неизгладимое впечатление. Хагрида за учительским столом не было. После вручения подарков праздник продолжился. Столики ломились от вкусной еды и всевозможных сладких напитков. Люси, совсем забыв про своего кавалера из личной охраны Старосты Школы, бегала между школьниками, пытаясь потихоньку продавать презервативы. Пока что предприимчивая гаффелпафка собирала заказы. Снейп с мрачным торжеством наблюдал за ней и ловко перехватил ее у выхода из Общего Зала. Гарри почему-то стало хорошо, и он поспешил поделиться этим наблюдением с Гермионой.
— Вот и славно, Гарри, — у Гермионы тоже поднялось настроение. — Кстати, мне ужасно интересно, а Люси чистокровная волшебница? Жаль, я не увидела, что ей пожаловал Министр!
— Даже если она не чистокровная, то купит себе необходимые бумаги и гобелен старее, чем у рода Малфоев, — ответил Гарри.
— Как же это она на Слизерин не попала? — хмыкнула Гермиона.
— Видать, не удалось подкупить Сортировочную шляпу, — прыснул Гарри.
Вскоре Гарри почувствовал, что ужасно устал. Бал получился слишком торжественным и напыщенным. Подарки Министра, новая пассия Старосты Школы, карьерный взлет Перси Уизли и «бывшей подружки Поттера», обсуждение нарядов — все это заставляло Гарри держать более крепкий блок, чем обычно, и он действительно устал. Бал должен был закончиться ещё в полночь, но по многочисленным просьбам учащихся министр Магии и госпожа директриса разрешили продолжить праздник. Многим школьникам уже давно надоело танцевать, и они устремились в волшебный сад, наколдованный в честь приезда Министра. Гарри тоже пошел туда с Гермионой — говорили, что там летают чудо какие красивые феи, которые раздают волшебные хлопушки с подарками.