Игра престолов. Книга I
– Зерно, – пробормотала птица хриплым голосом. – Зерно, зерно.
Палец Джона ощутил очертания лютоволка на белом воске сломанной печати. Он узнал почерк Робба, но буквы сливались, пока он пытался их прочитать. Джон понял, что плачет. И сквозь слезы осознал смысл этих слов и поднял голову.
– Он проснулся, – сказал он. – Боги вернули его назад.
– Калеку, – отвечал Мормонт. – Мне очень жаль, мальчик, дочитай до конца. Он поглядел на слова, но они ничего не значили. Ничего более не значили,
раз Бран остается в живых.
– Мой брат будет жить, – сказал он Мормонту.
Лорд– командующий покачал головой, набрал целый кулек зерна и свистнул. Ворон перелетел на его плечо с криком:
– Жить, жить.
Джон побежал вниз по лестнице с улыбкой на губах и письмом Робба в руках.
– Мой брат будет жить, – сообщил он стражам. Они обменялись взглядами. Он вбежал в общий зал, где Тирион Ланнистер доканчивал трапезу. Он подхватил карлика под мышки, подбросил в воздух и закружил вокруг себя с возгласом: – Бран будет жить! – Ланнистер казался изумленным. Джон опустил его и сунул в руку бумагу. – Вот, читай.
Вокруг собирались, поглядывая на него с любопытством. Гренн оказался в нескольких шагах от Джона. Рука его была обмотана толстой шерстяной повязкой. Он казался встревоженным и несчастным, а вовсе не угрожающим. Джон подошел к нему. Гренн отодвинулся, выставив вперед обе руки.
– Теперь держись от меня подальше, бастард!
Джон улыбнулся:
– Прости меня за разбитую руку! Робб однажды ударил меня таким же точно образом, только деревянным мечом. Больно было, как в седьмом пекле. Но тебе сейчас еще больнее. Знаешь, если хочешь, давай я научу тебя контрприему.
Его услышал Аллисер Торне.
– Лорду Сноу угодно принять на себя мои обязанности. Да я скорей научу твоего волка жонглировать, чем ты этих зубров фехтовать.
– Принимаю пари, сир Аллисер, – отвечал Джон. – Мне бы хотелось видеть, как Призрак жонглирует, – Джон услыхал, как Гренн затаил дыхание. Все замолчали.
И тут Тирион Ланнистер заржал. К нему присоединились трое Черных Братьев, сидевших за соседним столом. Смех побежал по скамейкам, захихикали даже повара. На балках шевельнулись птицы, наконец даже Гренн улыбнулся.
Аллисер так и не отвел глаза от Джона. Когда смех обежал весь зал, лицо его потемнело и рука сжалась в кулак.
– А вот это была самая прискорбная ваша ошибка, лорд Сноу, – бросил он, словно врагу, самым едким голосом.