Клан

Тем временем гоблин уже приценивался к добыче во второй руке. Теперь ему действительно повезло, здоровенное яйцо, никак не меньше страусинного, обещало сытную трапезу. Вожделенно принюхавшись, гоблин ловко прокусил верхушку и принялся жадно глотать содержимое. Я же оглядывал рукотворный холм совершенно другим взглядом, с ужасом узнавая в выпуклостях и кочках знакомые очертания боеприпасов. Мама дорогая, не дай бог вся эта куча рванет…
Вторя моим мыслям, невдалеке от нас глухо бахнуло, а земля ощутимо дрогнула под ногами.
— Девятый… — едва слышно прокомментировал замок.
Вглядываясь в поднимающееся над стенами облако дыма, поддержал беседу:
— Сапер ошибается только раз в жизни — при выборе профессии.
Тут я заметил бегущего мимо бригадира. Его палка была измочалена в хлам, а глаз дергался от нервного тика.
— Арлекин, ты далеко? — тормознул несчастного гоблина.
— Ась?! — закрутил головой мини-начальник.
Наконец разглядев нашу группу, он бросился ко мне:
— Хозяин, не гневайся, но нужны еще работники!
— Да? А старые что? Закончились уже? — поинтересовался ехидно.
Гоблин понуро опустил голову и пробормотал:
— Да кладка эта, будь она неладна… Я как сказал, что мы яйца ищем, так дурни все в рот теперь тянут… Ну, и при волочении скорлупа иногда лопается, большой бум получается…
— Какие потери? — я вновь стал серьезным. Шутки шутками, но каждый подорвавшийся гоблин стоил мне денег.
Арлекин виновато развел руками:
— Хозяин, я не успеваю быть одновременно в десятке мест и следить за всеми. Сами видите, что за контингент. Отбросы кланов, у них вместо разума одни инстинкты: жрать, размножаться, да страх быть наказанным, вот и все их мысли. Мне бы воинов или мастеров, или хотя бы вольных артельщиков…
М-да, камушек-то в мой огород. Как там, у классика: «не гонялся бы ты, поп, за дешевизною…» Но кто же знал, что для сбора мусора среди каменного крошева интеллект нужен. Вот и взял самое дешевое из предложенного… Выходит, против вековой мудрости не попрешь: скупой платит дважды.
— Так сколько потеряли?
— Одно огромное, три средних и без счета малых яиц — жрут ведь заразы…
Вторя его словам, по ушам ударил очередной «Бум!», на порядок более мощный, чем предыдущий. Земля ощутимо лягнулась, а над внешней стеной оборонного периметра в небо поднялось серое пыльное облако.
— Четыре средних… — убитым голосом уточнил бригадир.
— Вообще-то я о работниках спросил… А вот это какое — огромное?
Я указал глазами на бомбу, которую местная флора уже начала интегрировать в дизайн двора. Подвижные усики цветов карабкались по шершавому боку, а щедрые мазки разноцветного мха торопливо прятали под собой унылый металл. Шустренько! Похоже, ничего ценного на пол ронять нельзя. Нагнуться не успеешь, как оброненный золотой окажется в толще векового дуба… Садовники явно переборщили с ускорителем роста.
— Это? Среднее, — пренебрежительно отмахнулся гоблин. — Вот огромное, то да… Я в сотне шагов был, но глаз до сих пор дергается. А работников мало осталось, десятка полтора, новых надо брать, хозяин!
Хренасе, боюсь подумать, что тут рвануло. Нет, так дело не пойдет, подорвут эти крысята нас, к гадалке не ходи. Да и боеприпасов жалко, хомяк вон скорбно всхлипывает при каждом взрыве, мысленно вычеркивая из списка добычу, которую можно было взять с разнесенного в клочья великого дракона Нагафена.
— Замок! У нас есть помещение для хранения особо опасных артефактов? Что-нибудь предельно защищенное и, желательно, заглубленное?
— Есть! — тут же откликнулся Бэрримор. — Нижний ярус подвальных помещений, алхимическая лаборатория номер два. Раньше там жила одна паукообразная тварь, а теперь гончие поселились. — Вспомнив о стае, замок тут же принялся жаловаться: — Собаки нарушают целостность периметра, они копают два хода наверх, причем один за первую линию стен!
Я покосился на сидящую рядом псину. Похоже, ее талантов в ментальной магии вполне хватает для прослушивания наших переговоров. Слишком уж пренебрежительно она скалилась и демонстративно вытирала лапы о траву, освобождаясь от несуществующей паутины. Не завидую лазутчикам, сунувшимся через запасной лаз прямо в логово тварей Инферно. Да и обещал я собачкам помещение на выбор, задний ход давать стратегически не верно, не говоря уже об уроне репутации. Гончая, наклонив голову, с интересом следила за ходом моих размышлений. Блин, еще один особист-физиономист на мою голову.
Вновь обратился к замку:
— Нет, Бэрримор, нам такой фугас под задницей не нужен. Не дай бог что, взлетит Первохрам на воздух, мы-то на точку респауна улетим, а неписей вообще на ноль помножит. Гончая… — я запнулся на секунду, — явно пора ее переименовать, а то надоело это безликое обращение.
— Э-э… Гончая… Прости за интимный вопрос, но ты какого пола?
Собачка заметно напряглась и бросила на меня тяжелый взгляд, заодно хлестнув наотмашь ментальным ударом наподобие пощечины. Атаку я проигнорировал, узнав о ней лишь по сообщению интерфейса сработавшего божественного иммунитета. Ну, звиняйте, если обидел…
— Женского… — буркнуло возмущенное создание. — Самцы не владеют мыслеречью и не могут вести за собой стаю!
Гончая фыркнула, окатив меня еще одной волной раздражения, по вектору движения которой с писком стали разбегаться гоблины. Сильна, хвостатая…
— Прости, я просто не знал, как к тебе обращаться. А то все гончая да гончая… Ты не против, если буду звать тебя… м-м-м…
Я торопливо пробежался по запасникам памяти, напрягая фантазию и отбрасывая в сторону всяких Жучек и Муму. Создание Инферно — быстрое и смертельно опасное. Молния, вот отлично подходящее имя, но, к сожалению, больше ассоциирующееся у меня с глазастой машинкой, нежели собакой, а в мире реализующихся желаний надо быть осторожнее с вывертами собственного подсознания. Фары у гончей вряд ли появятся, но не думаю, что даже красной тонировке она будет рада. Ну, раз не Молния, пусть будет Искра. Быстрая, ведущая к взрыву или пожару.
— Назову-ка тебя Искрой! Как тебе такое имя?
Гончая напряглась, наклонила голову набок, прислушиваясь к себе и оценивая новый статус. Глаза животного мерцали, приобретая непривычную глубину и отблеск разума. Наконец, тяжелая бронированная морда склонилась в глубоком поклоне:
— Спасибо тебе, Жрец, за бесценный дар…
Угу, и эта туда же. Имя для монстров — определенно нечто большее, чем просто набор звуков, колеблющих воздух.
— Не за что, Искра. Буду признателен тебе, если разъяснишь, в чем ценность дара.
При звуках собственного имени гончая на секунду закатила глаза и, не сдержавшись, заурчала от удовольствия.
— Выделяя среди тысяч подобных и награждая уникальной меткой, ты вписываешь меня в картину мира, даруя душу и шанс на перерождение… Имя — вот что ограждает нас от пелены забвения и бескрайнего моря аморфной биомассы, из которой ежесекундно формируются тысячи новых существ, которые через считаные часы снова будут перемолоты жадными до смертей Неумирающими…
М-да, мрачная картина загробного мира живет в умах монстров, отлично теперь понимаю их нежелание умирать. Интересно, эти мысли были вложены в поведенческие алгоритмы ради улучшения их боевых качеств, или скрытые знания всплыли в цифровом сознании самостоятельно? Повернулся к мнущемуся в паре шагов от меня гоблину.
— Арлекин, ты тоже так считаешь?
Вместо ответа тот указал пальцем на несколько крупных дыр в одежде, затем запустил руку в карман, вытащил горсть сиреневых осколков и молча склонил голову.
Не понял, мой бригадир уже успел где-то подорваться, но не исчез, как безликие уборщики, а возродился вновь?
— Бэрримор?
— Хозяин… — Голос замка дрогнул. — Только вчера я был смесью холодной логики и желания служить… А сегодня — радуюсь цветам и игре красок, мне щекотно, когда гончие роют норы, а мозаичная черепица в дизайнерском каталоге вызывает страстное желание купить… А еще в южной бойнице донжона поселилась пара скворцов — слышали бы вы, как они поют…