Импотент

- Ну, хорошо, хорошо! - мэр Симменс дотянулся до лежащей на тумбочке толстой чековой книжки и, стеная, выписал чек. 
- Вот возьмите! Ник! Я не хотел вас обманывать! Я просто хотел посмотреть, насколько у вас хватит терпения... 
- Я могу ждать, сколько угодно. Хоть полгода... 
- О, нет! Снимите с меня эту авантюристку! В следующий раз буду использовать только тех женщин, которых для меня проверит мой телохранитель... - пообещал себе мистер Симменс. 
  
- Я на вашем месте сделал бы тоже самое, - поддержал мэра частный детектив. 
Ник Штибельсон, добродушно улыбаясь, достал из кармана пульт управления и нажал на несколько кнопок. Джина слезла с побледневшего мэра, быстро оделась и встала рядом с детективом. Неожиданно мэр стал подпрыгивать на кровати. 
- Ах, черт, не обращайте внимания. Это чисто рефлекторное... 
- Ничего страшного, - согласился Ник. - Я был рад вам помочь, мэр. Надеюсь, что наша встреча доставила вам удовольствие... 
- Ох! - простонал мэр, переставая подпрыгивать и теперь уже облегченно вздыхая. 
Насвистывая гимн Соединенных Штатов, Ник Штибельсон вышел из особняка мистера Симменса, держа под руку Джину. 
- Ну, как? - крикнул Джон Толкер, сидевший в ожидании на капоте машины. 
В ответ невозмутимый Ник помахал чеком на миллион зелененьких долларов. 
ЭПИЛОГ 
(для отечественных изданий) 
Зарубежный читатель не может захлопнуть книгу, не "хапнув энда". Приучили его к этому великие депрессии и нервные стрессы. Но ты, наш любимый советский читатель, привык к другим книжкам. Ты знаешь, что в жизни все кончается плохо. Особенно у них, капиталистов... Поэтому напряги глаза и читай дальше. 
Свой медовый месяц мистер и миссис Швацц проводили в самом лучшем и престижном отеле для американских туристов на Таити, посвящая все свободное время обществу друг друга. 
Приняв семь раз свои удивительные пилюли, профессор и думать забыл о своей импотенции - все его напасти сняло как рукой! 
Потенция профессора росла с каждым часом. Его мужское достоинство увеличивалось с каждым днем, достигая угрожающих размеров и вызывая неописуемый восторг и неизменную радость супруги Швацца. 
Наконец настал один солнечный день, когда орган профессора напрягся настолько, что отвалился, и профессор Арнольд Швацц снова стал простым американским импотентом, если не сказать большего. 
На пятый день Джейн Блензи, поплакав с профессором, сбежала от мужа с двумя смазливыми коридорными в Мексику, а профессор Швацц вернулся в пыльный Нью-Йорк и с тех пор занимается исключительно чистой наукой. 
Вот и конец этой книги. 
Шутка! 
Апрель-Ноябрь 1993 
Москва-Пушкино-Балашиха