Красно-белый. Том 4 (СИ)
А финские ребята по-быстрому разыграли мяч с центра, сделали две длинные передачи, одна из которых пошла на левый край, где быстрый и реактивный форвард гостей с татарскими корнями Исмаил Атик смело в гордом одиночестве пошёл в атаку. Он совсем чуть-чуть продвинулся вперёд и, не доходя до Сергея Шавло, который пошёл его встречать, примерно с 35-и метров саданул по нашим воротам. Стадион притих, Дасаев рванул к мячу и вдруг, поскользнувшись, растянулся на газоне. А мяч, пролетев эти проклятые 35 метров, опустился в сетку. Стадион разом охнул. Горячие финские парни заорали что-то похожее на слово «гол». А мои партнёры по команде, словно им отключили батарейки, беспомощно опустились на колени.
— Бубаааа! — заорал я, нашему защитнику гренадёрского роста, который вместо того чтобы рухнуть как все на колени, стоял и задумчиво чесал затылок. — Давай мяч! Мяч давай! — надрывался я.
Наконец спустя пару секунд Саша Бубнов понял, чего я от него требую, бросился в ворота, и сильно пнул мяч в моём направлении. Я же словно игрок в регби поймал футбольный снаряд в руки, забежал с ним в центральный круг, поставил на точку и, дождавшись разрешения судьи, который уже посматривал на секундомер, разыграл его с Юрием Гавриловым. Так как остальные футболисты всё ещё не понимали, что происходит.
Кстати, финны тоже слишком долго радовались и не успели разобраться, что какой-то нападающий сборной СССР уже прёт в атаку. И лишь когда до ворот друга Сеппо Сайранена оставались примерно те же 35 метров, финские парни бросились в отбор. Но этого я им сделать не позволил. Ещё раньше я бабахнул по воротам друга Сеппо с рабочей правой ноги. К сожалению, удар вышел не ахти. Однако защитник гостей, сунул под мой дальний выстрел свою умную бестолковку, и мяч полетел в правый угол, а вратарь нырнул влево. И ровно через секунду стадион ещё раз взорвался от восторга, выкрикивая и завывая одно единственное слово:
— Гоооол!
* * *— Гол-гол-гол-гоооол! — кричал в микрофон Николай Озеров, нащупывая в нагрудном кармане таблетки Валидола. — Это гол, дорогие товарищи телезрители. Это самый настоящий гол. Итак, судья указывает на центр поля и даёт свисток об окончании самого валидольного матча на моей памяти. А футболисты советской сборной в самом центре поля устроили самую настоящую кучу-малу. Господи, Боже мой, неужели мы едем на финальный турнир Европейского футбольного первенства? Извините, товарищи телезрители, за переполняющие меня эмоции. А центральная редакция спортивных программ на этом с вами прощается, встретимся на футболе, потому что такой футбол нам нужен.
Наконец, телекомментатору Озерову сообщили, что трансляция закончилась. Он налил себе в стакан воды и сунул таблетку Валидола под язык.
* * *— Задушите! — хрипел я, когда в раздевалке меня тискали все кому не лень. — Да дайте же выпить воды! В горле же всё пересохло!
— Мой дорогой, приезжай в Тбилиси! Ты знаэш, какая у нас вода⁈ — гудел Давид Кипиани, хлопая меня по плечам.
— Знаю, а ваши помидоры вообще на всю жизнь запомнил, — проворчал я и подумал, что одной головной болью стало меньше.